Что, если зелёный огонёк Гэтсби на самом деле был вырезанным 86-каратным изумрудом Cartier?

В следующем месяце на аукционе Christie’s появится вещь, которая одновременно является частью ювелирной и кинематографической истории. Это украшение 1925 года, выполненное по специальному заказу одного из самых преданных клиентов дома, будет выставлено на торги Christie’s Geneva 13 мая в рамках аукциона Magnificent Jewels. Его предварительная оценка составляет от 310 000 до 510 000 долларов, однако украшения Cartier эпохи ар-деко обычно достигают цен выше среднего. Период между двумя мировыми войнами, отмеченный особой геометрией в дизайне, остаётся чрезвычайно желанным и высоко ценимым среди коллекционеров ювелирного искусства, а изделия Cartier особенно востребованы. Этот сотуар обладает всеми характерными чертами своего времени — и по пропорциям, и по материалам. Он выполнен из мелкого жемчуга и ярких изумрудных бусин, а в центре расположен вырезанный изумруд весом 86,71 карата. Его палитра абсолютно соответствует эстетике ар-деко, как и резьба на центральном камне с изображением Шивы и Парвати — символа открытия мира для путешествий и того влияния, которое это оказало на творческое воображение. Стиль сотуара стал популярен потому, что более лёгкие ткани моды того времени сделали тяжёлые броши неудобными для ношения. Длинные текучие формы серёг и ожерелий, а также обнажённые руки, увешанные браслетами, пришли на смену жёстким корсетам, украшенным бриллиантами.

Это ожерелье — яркое свидетельство одной из золотых эпох ювелирного дизайна, но у него есть и другие истории. Джордан Бейкер, героиня «Великого Гэтсби», которую сыграла Лоис Чайлз и которую Джоан Дидион считала единственным персонажем, сохранившим чувство собственного достоинства, носит именно это ожерелье в фильме 1974 года «Великий Гэтсби». Художник по костюмам Теони В. Олдридж, удостоенная премии «Оскар», тесно сотрудничала с Cartier, подбирая для фильма подлинные украшения эпохи ар-деко. В фильме Джордан Бейкер надевает этот сотуар Cartier во время той роковой поездки в город ближе к концу романа. Вы ведь помните её, не так ли? Две машины мчатся в Манхэттен через Долину пепла? Всё это буквально закодировано в эстетике ар-деко: обещание сверкающего мегаполиса, опасности индустриального мира, гламур новообретённой свободы. Если вы внимательно слушали на уроках литературы — или хотя бы читали краткое содержание, — то знаете: эта поездка закончилась плохо.